Добро пожаловать в Республиканскую юношескую библиотеку Татарстана

Об университетских моделях думают правительства разных стран мира. Министр образования России Андрей Фурсенко, например, выступает против единой модели университета. И для такой большой страны, как наша, это естественное мнение.
Какие модели актуальны и перспективны?
Модель университета мирового класса. Речь идет о крупном, успешном и остросовременном вузе. Неважно, насколько он привлекателен для абитуриентов. Важно, что государство может им гордиться и с его помощью оно быстрее строит так называемую знаниевую экономику. У такого университета могут быть вуз-предшественник или вузы-предшественники, как в России, Казахстане или Индии, - однако он может быть создан и с нуля, как несколько "университетов наук и технологий" в Пакистане. Университетов мирового класса может планироваться принципиально мало, как у нас в стране, - но вузов этого уровня может быть и 100, как то предполагается сделать в Китае. Это не просто вуз. Это амбициозный проект.
Но есть и то, чего этот мегапроект не учитывает. Пожалуй, здесь студенту трудновато будет прислушаться к себе, к своим неповторимым образовательным потребностям, хотя учебно-карьерные возможности ему предложат очень хорошие.
Элитарная модель. Вуз, работающий по этой модели, академически интересен абитуриентам-интеллектуалам. Здесь праздник мысли.
А вот принадлежит ли к такой модели вуз, в котором действует сильный кружок интеллектуалов, зато основная масса студентов прогуливает и списывает, еще вопрос.
Даже если вуз действительно элитарен, обратите внимание на потенциально "слабое звено" в его структуре - практику. Куда вам податься с вашей интеллектуальной мощью? Что вы придумаете, что изобретете, чтобы ее реализовать?
Массовая модель. Это модель для массового потребителя высшего образования. Оно может быть платным или бесплатным - но ничего большего, чем понятные для такого потребителя категории - престижные специальности, востребованность выпускников на местном рынке труда и в локальной экономике страны, - вуз не предлагает. Это вуз-реалист. Это вуз, играющий по законам рынка. Кстати, там может быть неплохая социальная инфраструктура - потому что так удобно клиентам, то есть студентам.
Двухуровневая модель. Система "бакалавриат + магистратура" является университетской моделью там, где к ней привыкли и считают ее естественной, где она входит в мировоззрение студента и где студент может предвидеть интересные образовательные результаты в связи с бакалавриатом либо магистратурой. Если же она в новинку, то пока это набор формальностей, к которым просто приходится приспосабливаться.
Здесь очевидно, что бакалавру, выбирающему магистратуру нового для себя профиля, нужно особенно пристально следить за логикой своего образования, чтобы важный учебный предмет или ряд предметов просто не выпал из поля его зрения. А абитуриенту, выбирающему пока только бакалавриат, неплохо бы поинтересоваться, каков процент студентов магистратуры и аспирантов от общего числа учащихся в вузе.
Модель сетевого взаимодействия. Имеется в виду объединение вузов в систему, когда вуз, ранее бывший вполне самостоятельной единицей, начинает восприниматься как одна из ее ячеек. А сети из таких ячеек бывают самыми разными, и сами ячейки тоже.
Если это Университет Шанхайской организации сотрудничества, сеть связывает вузы Киргизии, Китая, Таджикистана и Узбекистана с 16-ю российскими вузами - ИТМО, ЛЭТИ и прочими. И взаимодействие между ее ячейками будет осуществляться через головные вузы LUOC в каждой из этих стран.
В будущем прогнозируется значительное увеличение доли подобных схем обучения. С точки зрения их явных плюсов, они ненавязчиво дают возможность сравнить различия в устройстве любых двух вузов-партнеров - и получить представление о том, что не все высшие учебные заведения одинаковы по своему строению. С точки зрения возможных минусов, эти схемы обучения подвергают своих участников риску и впредь ходить в чужой монастырь со своим уставом. Ведь после вуза, в реалиях карьеры, эта система уже не работает - или работает в усеченном варианте как разбежавшееся по миру сообщество выпускников.
Хорошо, однако, то, что сетевая модель образования предполагает получение нового культурного опыта - и она истинно гуманитарна, какую бы специальность студент ни осваивал.
Виртуальная модель университета. Всё больше реальных, известных университетов открывают учебные программы в масштабном виртуальном проекте Second Life (www.secondlife.com) - в многопользовательской онлайн-игре, представляющей собой трехмерный виртуальный мир. Там обосновались и Оксфорд, и университет Лидса, и Эдинбургский университет, и Гарвард, и Принстон, и Массачусетский технологический институт, и Стокгольмская школа экономики, и Католический университет Рио-де-Жанейро. Там же есть и менее известные нам вузы - допустим, вузы Перу, Кореи.
Резоны, по которым вузы так необычно обживают онлайновое пространство, самые разные: чтобы не дать абитуриенту заблудиться среди корпусов, или чтобы обкатать учебные программы внутри виртуальной реальности, или чтобы можно было изучать иностранные языки. Это экспериментальная модель. Чтобы рассчитывать здесь на серьезный образовательный результат, нужно быть очень хорошо знакомым как раз с классической структурой университета и уважать его традиционное устройство.
Модель с сильным фильтром на входе. Сегодня это противовес болонской тенденции. В России таковы вузы, имеющие право принимать собственные вступительные экзамены. Также эта модель есть, например, и во Франции - стране, славной относительно свободным приемом в государственные университеты. Ведь во французские высшие школы так просто, как в Сорбонну, не попасть.
В целом же отечественная приемная кампания 2009 года, несмотря на повсеместность ЕГЭ, в чем-то даже отвечала этой модели: был большой конкурс дубликатов.
Впрочем, если ориентироваться на советский XX век, то речь идет не о какой-то особой модели, а о самом обычном вузе. Это вуз, набравший по результатам экзаменов сильных студентов, сильный своими студентами - и призывающий их тем самым обратить внимание и далее рассчитывать на собственный интеллектуальный потенциал.
Академия. Еще одна традиционная модель. Из недавних новостей об академиях: они не допускались на конкурс научно-исследовательских университетов, поскольку формально университетами не являются. А ведь среди них есть объективно сильные вузы! Кстати, сегодня в академиях-то и не говорят о неких "моделях академий" - это именно университеты заняты осмыслением своего устройства и его конструированием.
В идеале абитуриент определяет модель интересующего его вуза самостоятельно.
Российская академия образования в качестве перспективнейшей для нашей страны в XXI веке считает культуро-центристскую модель университета, и это тоже вполне представимо, хотя и заслуживает отдельного большого разговора. Так что, выбирая вуз в России, стоит смотреть, насколько в этом вузе умеют беречь наши лучшие культурные традиции.